Лечение гепатита с отзывы в ставропольском крае 2019


 

Вирусный гепатит – не приговор

 

 

О коварной болезни с журналистом «Открытой» делится заслуженный врач Российской Федерации, профессор, доктор медицинских наук, главный инфекционист Ставропольского края Ирина САННИКОВА

 

 

 

 

Гепатитом В заражено 2 миллиарда человек по всему миру, из них 400 миллионов страдают от хронического гепатита.

Ежегодно в мире от вирусного  гепатита гибнет 1,3 миллиона человек, в 40 раз больше, чем от терактов

 

– Ирина Викторовна, неужели люди настолько бессильны перед таким недугом, как вирусный гепатит?

– В медицине принято делить причины смертности на предотвратимые и непредотвратимые. Например, катастрофа, стихийное бедствие, ДТП, отравление, те же теракты – это непредотвратимые причины. И есть инфаркты, инсульты, онкология и так далее, которые считаются предотвратимыми.

Теоретически, если бы человек своевременно обратился к врачам и получил надлежащее лечение, он был бы жив. Так что «вирусные» потери, на которые вы сослались, в большей своей части предотвратимы.

– То есть, если бы общество уделяло больше внимания проблеме вирусного гепатита, человеческих жертв было бы как минимум в разы меньше?

– Безусловно.

– Расскажите о гепатите. Почему он так опасен?

– Вирус гепатита (их несколько модификаций, но самые распространенные и несущие угрозу людям – это B и C) попадает в кровь, проникает в печеночную клетку гепатоцит и разрушает ее.

Опасность состоит в том, что многие годы болезнь протекает бессимптомно: человек живет и не подозревает, что в его организме запущена мина замедленного действия. Печень перестает справляться со своими обязанностями, очищать организм от токсинов. В конечном итоге – цирроз, рак печени, смерть.

– А как человек узнает, что у него гепатит?

– Чаще всего это происходит совершенно случайно, при обследованиях. Гражданин сдает на анализ кровь, делает УЗИ, и обнаруживается, что у него нелады с печенью. Дальнейшие обследования выявляют либо хронический гепатит, либо далеко зашедший фиброз, либо цирроз.

– Вот мы и подошли к вопросу важности профилактических осмотров…

– Да, с выявлением гепатита на ранних стадиях у нас не все в порядке. Давно заведено правило, что для профилактики туберкулеза раз в год полагается «просвечиваться» на рентгене. Женщины раз в год должны посещать гинекологический кабинет. Свои алгоритмы у диабетиков, гипертоников. А вот на гепатит внимания зачастую не обращают.

– А какое значение имеет прививка?

– Огромное! Но здесь вот какая проблема. От гепатита A и B вакцина есть, а от гепатита C, к сожалению, пока не изобрели.

– Как можно оценить ситуацию с хроническим вирусным гепатитом в крае? Что делается? На что могут рассчитывать попавшие в беду люди?

– К сожалению, ситуация такая же, как и везде, – непростая. Тем не менее ставропольцам удалось сделать много такого, что привлекает внимание коллег со всего Юга России. Они признают, что в этом направлении нам удалось вырваться вперед.

Мы одними из первых начали участвовать в государственной программе помощи больным гепатитом. Федеральные средства выделялись при условии софинансирования из краевого бюджета. Нам удалось убедить правительство края изыскать необходимые средства.

В этом большая заслуга тогдашнего министра здравоохранения края Сергея Вардосанидзе. Он человек новаторски мыслящий, всегда поддерживал инициативу, отстаивал интересы отрасли. Мы подготовили программу действий. Нас поддержали. Появились федеральные и региональные деньги.

Начали с того, что на базе краевой инфекционной больницы создали клинико-диагностический кабинет. Стали выявлять и заносить в единый регистр больных гепатитом. Кропотливая, рутинная работа, без которой невозможно обойтись.

В первый год выявили 119 больных.

Участие в федеральной программе позволило приобрести аппарат для диагностики вирусов гепатита, а потом уникальный аппарат – только что появившийся ультразвуковой фибросканнер для диагностирования состояния печени.

На тот момент по программе было выделено всего три таких фибросканнера, и в числе первых, использующих этот вид диагностики, стали мы.

В 2008 году из краевого бюджета поступило 5,2 миллиона рублей. И дальше с каждым годом по нарастающей. В 2015 году мы получили 30 миллионов. А на будущий запросили уже 90 миллионов.

– И как, находите понимание в правительственных сферах?

– Находим. Я уже упоминала о том, что ситуация в крае выглядит несколько лучше, чем у наших соседей, и случилось это не потому, что мы, медики, самые умные. Нас понимали и поддерживали и губернаторы, и в министерствах здравоохранения и финансов, и депутаты.

– Вы назвали цифру 90 миллионов рублей. А много это или мало?

– Давайте оценим. На сегодня в нашем регистре значится 1199 больных. Их всех надо лечить. Если не лечить, то исход поразившего их недуга может быть трагичен. Противовирусная терапия гепатита B обходится в 10 тысяч рублей в месяц. А лечение длится годами. С гепатитом C дела хуже – 48-недельный курс терапии стоит 300-400 тысяч рублей.

– Не дешево…

– Если бы только это! К сожалению, некоторые лекарства нередко приводят к нежелательным побочным явлениям, и пациентам приходится прерывать лечение.

Кроме того, эффективность лечения не превышает 60 процентов. Как быть? Нужны новые решения. И перспектива открылась. Три года назад произошел революционный прорыв в лечении гепатита C. Были изобретены и вошли в практику следующие препараты: викейра ПАК, софосбувир и другие, которые излечивают на 99 процентов.

– Значит, есть надежда, что мы забудем скоро про гепатит?

– В барабаны бить, конечно, пока рано. Назову некоторые из проблем, которые не решаются автоматически даже с учетом радикальных открытий.

Например, до сих пор нет полного представления о бремени цирроза печени.

Статистика заболеваемости и смертности несовершенна.

Недостаточный уровень профессиональной подготовки врачей-терапевтов амбулаторного и стационарного уровня.

Отсутствует возможность хирургической помощи при осложнениях цирроза.

Проблема финансирования лечения больных хроническим гепатитом B не решена и не определена как одна из важнейших.

Отсутствие необходимых противовирусных препаратов для лечения циррозов в перечне льготного лекарственного обеспечения.

Это, так сказать, из задания на завтрашний день.

– А сегодня?

– Главная проблема в том, что курс лечения той же викейрой, которая зарегистрирована в России, пока что обходится в 800-900 тысяч рублей. Естественно, таких денег у большинства наших пациентов нет. Без помощи государства, которое двадцать лет назад включило хронический гепатит в перечень социально значимых заболеваний, эту проблему не решишь.

– А у вас в регистре на очереди больше тысячи нуждающихся. Это почти под миллиард рублей. И как быть?

– Ситуация непростая. Мы надеемся на политическое решение. Ну а пока стремимся максимально использовать имеющиеся скромные ресурсы. Въедливо изучаем историю каждого пациента, определяем, скажем так, «запас прочности» каждого из них: кто без риска для своего здоровья может подождать под нашим наблюдением и соответствующей медикаментозной поддержкой несколько лет, а кто уже преступил красную черту, у кого третья или четвертая стадия фиброза, цирроз, и человек ждать не может.

В первую очередь лечить надо этих людей. Стратегия проста: помочь человеку поддерживать печень. Здесь и режим, и диета, и медикаментозное лечение, и периодическая диспансеризация.

Другой момент – повышение квалификации врачей на местах. Мы ведем гепатологическую школу (это семинар для врачей по вопросам диагностики и лечения заболеваний печени), которой в этом году исполнилось десять лет. Делимся опытом с коллегами, которые съезжаются из городов и районов края, отвечаем на вопросы, разбираем конкретные случаи, приглашаем читать лекции ведущих специалистов из Москвы, Петербурга, других регионов.

Раз в неделю в нашем клинико-диагностическом центре проводим прием больных. Приезжают жители из ставропольских городов, станиц, хуторов. Одних направляют врачи, другие – по своей инициативе. Мы никому не отказываем. И в таком режиме много лет работаем вместе с доцентом Ларисой Васильевной Ткаченко, кандидатом медицинских наук Мариной Владимировной Титоренко. В сложных случаях обращаемся к профессору Виктору Дмитриевичу Пасечникову, авторитет которого распространяется далеко за пределы Юга России, и он никогда не отказывает в помощи.

Подчеркну: делаем это совершенно бесплатно.

– В наше время звучит несколько неожиданно…

– Честно признаюсь, мне радостно от того, что я могу помочь.

Я с детства мечтала стать врачом. И сейчас убеждена, что врач – особая профессия. На душе светлеет, когда слышу искреннее «Спасибо!» и вижу в глазах человека огонек надежды, который зажгли мы с коллегами. Это дороже денег.

Для меня высшее счастье осознавать, что время, когда диагноз «хронический гепатит» звучал почти как приговор, прошло. Все в наших руках и руках пациента. Надо бороться и побеждать недуг.

 

Василий КРАСУЛЯ

 

Кто тяжелее переносит гепатит С?

 

Лица, злоупотребляющие алкоголем. У них цирроз развивается в течение 5-8 лет. Также тяжелее болеют пожилые люди и дети. Кроме того, им нередко противопоказано полноценное противовирусное лечение. Лица старшего возраста, по-видимому, имеют большую вероятность развития хронического гепатита С и его неблагоприятных исходов (цирроз печени) по сравнению с молодыми.

Гепатитом B и С заражаются отнюдь не только наркоманы. Переливание крови, маникюр в салоне и визит к стоматологу — это также способы получить вирус. При гепатите B к этому списку можно добавить незащищенный секс. Он же приводит к заражению гепатитом A. Этот вирус передается также, если выпить зараженную воду или съесть что-нибудь, приготовленное больным человеком, который не вымыл руки.

Вирусный гепатит нередко сопровождается депрессией. Проблема не только в том, что его не всегда удается вылечить, но и в том, что существующие лекарственные препараты часто приводят к серьезным побочным эффектам, таким как депрессия (ею страдают от 20 до 35 процентов людей, получающих интерферон).

 



Source: www.opengaz.ru

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *